Уступка прав по договорам лизинга транспорта и спецтехники в условиях возможного банкротства лизингополучателя. Часть 2.
В первой части настоящего обзора были проанализированы экономическая природа перенайма предмета лизинга и ключевые маркеры, позволяющие квалифицировать такую уступку как сделку, совершенную во вред имущественным интересам кредиторов. Успешное оспаривание подобных соглашений завершает лишь этап юридической оценки действий менеджмента. За ним следует этап ликвидации последствий неправомерного вывода актива, требующий судебно-экономического анализа. Специфика лизинговых правоотношений делает этот процесс нетривиальным, поскольку предметом возврата выступает не просто физический объект (транспорт или спецтехника), а сложный комплекс имущественных прав.
В первой части настоящего обзора были проанализированы экономическая природа перенайма предмета лизинга и ключевые маркеры, позволяющие квалифицировать такую уступку как сделку, совершенную во вред имущественным интересам кредиторов. Успешное оспаривание подобных соглашений завершает лишь этап юридической оценки действий менеджмента. За ним следует этап ликвидации последствий неправомерного вывода актива, требующий судебно-экономического анализа. Специфика лизинговых правоотношений делает этот процесс нетривиальным, поскольку предметом возврата выступает не просто физический объект (транспорт или спецтехника), а сложный комплекс имущественных прав.
Раздел 1. Последствия признания сделки перенайма недействительной и механизмы реституции
Когда суд соглашается с доводами конкурсного управляющего и признает соглашение о передаче прав и обязанностей по договору лизинга недействительным, возникает сложный вопрос о применении последствий недействительности такой сделки (реституции). Базовое правило закреплено в пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве: все переданное по недействительной сделке подлежит возврату в конкурсную массу.
Однако специфика лизинга заключается в том, что предметом передачи выступала не вещь как таковая, а имущественное право – договорная позиция. На практике экспертам и судам приходится сталкиваться с двумя основными сценариями развития событий к моменту вынесения судебного акта.
Первый сценарий предполагает, что срок договора лизинга еще не истек, а предмет лизинга находится у нового лизингополучателя. В таком случае в порядке реституции первоначальный лизингополучатель (должник) восстанавливается в правах и обязанностях по договору лизинга. Сложность здесь кроется в том, что должник находится в процедуре банкротства и не имеет финансовой возможности оплачивать текущие лизинговые платежи. Восстановление в правах зачастую приводит к немедленному расторжению договора со стороны лизингодателя ввиду просрочки, изъятию транспортного средства или спецтехники и последующему расчету сальдо встречных обязательств.
Второй, наиболее распространенный в аудиторской практике сценарий, заключается в том, что к моменту рассмотрения спора новый лизингополучатель уже выплатил все предусмотренные графиком платежи, реализовал право выкупа и зарегистрировал право собственности на предмет лизинга за собой. В этой ситуации возврат имущества в натуре в конкурсную массу невозможен, так как лизингодатель уже выбыл из правоотношений, а сделка купли-продажи (выкупа) состоялась между лизинговой компанией и новым контрагентом, который формально исполнил все обязательства.
В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 39 Обзора от 27.10.2021, в случае невозможности возврата имущества в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения. При этом должник (первоначальный лизингополучатель) не вправе ставить вопрос о взыскании в свою пользу разницы между стоимостью предмета лизинга на момент передачи договоров новому лизингополучателю и стоимостью такой же техники на момент рассмотрения спора.
Логика данного подхода строится на следующем: на момент перенайма должник уже находился в состоянии финансового кризиса. Он не имел реальной возможности приобрести право собственности на технику, так как не располагал ресурсами для выплаты остатка лизинговых платежей. Если бы спорное соглашение не было заключено, техника была бы просто возвращена лизингодателю. Следовательно, с нового лизингополучателя взыскивается не рыночная стоимость самой машины в чистом виде, а именно действительная стоимость переданной договорной позиции на дату совершения перенайма (рыночная стоимость техники минус остаток невыплаченных платежей).
Когда суд соглашается с доводами конкурсного управляющего и признает соглашение о передаче прав и обязанностей по договору лизинга недействительным, возникает сложный вопрос о применении последствий недействительности такой сделки (реституции). Базовое правило закреплено в пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве: все переданное по недействительной сделке подлежит возврату в конкурсную массу.
Однако специфика лизинга заключается в том, что предметом передачи выступала не вещь как таковая, а имущественное право – договорная позиция. На практике экспертам и судам приходится сталкиваться с двумя основными сценариями развития событий к моменту вынесения судебного акта.
Первый сценарий предполагает, что срок договора лизинга еще не истек, а предмет лизинга находится у нового лизингополучателя. В таком случае в порядке реституции первоначальный лизингополучатель (должник) восстанавливается в правах и обязанностях по договору лизинга. Сложность здесь кроется в том, что должник находится в процедуре банкротства и не имеет финансовой возможности оплачивать текущие лизинговые платежи. Восстановление в правах зачастую приводит к немедленному расторжению договора со стороны лизингодателя ввиду просрочки, изъятию транспортного средства или спецтехники и последующему расчету сальдо встречных обязательств.
Второй, наиболее распространенный в аудиторской практике сценарий, заключается в том, что к моменту рассмотрения спора новый лизингополучатель уже выплатил все предусмотренные графиком платежи, реализовал право выкупа и зарегистрировал право собственности на предмет лизинга за собой. В этой ситуации возврат имущества в натуре в конкурсную массу невозможен, так как лизингодатель уже выбыл из правоотношений, а сделка купли-продажи (выкупа) состоялась между лизинговой компанией и новым контрагентом, который формально исполнил все обязательства.
В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 39 Обзора от 27.10.2021, в случае невозможности возврата имущества в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения. При этом должник (первоначальный лизингополучатель) не вправе ставить вопрос о взыскании в свою пользу разницы между стоимостью предмета лизинга на момент передачи договоров новому лизингополучателю и стоимостью такой же техники на момент рассмотрения спора.
Логика данного подхода строится на следующем: на момент перенайма должник уже находился в состоянии финансового кризиса. Он не имел реальной возможности приобрести право собственности на технику, так как не располагал ресурсами для выплаты остатка лизинговых платежей. Если бы спорное соглашение не было заключено, техника была бы просто возвращена лизингодателю. Следовательно, с нового лизингополучателя взыскивается не рыночная стоимость самой машины в чистом виде, а именно действительная стоимость переданной договорной позиции на дату совершения перенайма (рыночная стоимость техники минус остаток невыплаченных платежей).
Раздел 2. Расчет сальдо встречных обязательств в конкурсном производстве и вопросы экспертизы
Оспаривание перенайма и последующее расторжение договора лизинга (либо возврат сторон в первоначальное положение) неизбежно приводят к необходимости расчета завершающей обязанности сторон – сальдированию. Механизм сальдо, детально описанный в Постановлении Пленума ВАС РФ № 17, не является зачетом в классическом понимании гражданского права (статья 410 ГК РФ), а представляет собой арифметическую операцию по соотнесению взаимных предоставлений. Для судебного эксперта-экономиста этот процесс требует тщательного аудита первичной учетной документации.
В идеальной модели после расторжения договора лизингодатель реализует изъятый предмет на торгах, и полученная выручка направляется на погашение остатка вложенного финансирования и платы за него. Если выручка превышает долг, разница образует неосновательное обогащение лизинговой компании и возвращается в конкурсную массу должника. Если выручки недостаточно – лизингодатель включается с остатком требований в реестр требований кредиторов.
В ходе проведения финансово-экономической экспертизы специалист сталкивается с рядом существенных искажений учетных данных, которые стороны пытаются использовать в своих интересах.
Во-первых, это реализация изъятой спецтехники по существенно заниженной стоимости. Лизингодатель, не заинтересованный в долгом поиске покупателя на узкоспециализированное имущество (например, тяжелые экскаваторы, буровые установки, асфальтоукладчики), может продать его без проведения открытых торгов по цене, едва покрывающей остаток долга. В результате сальдо искусственно сводится к нулю, и конкурсная масса лишается пополнения.
В таких случаях назначается комплексная комиссионная экспертиза. Перед оценщиком ставится задача определить рыночную стоимость техники на дату ее изъятия, а перед экономистом – пересчитать сальдо с использованием этой рыночной стоимости, а не цены фактической реализации. Как следует из пункта 20 Обзора от 27.10.2021, если продажа произведена без открытых торгов и имеется существенное расхождение с рынком, бремя доказывания разумности цены ложится на лизингодателя. При отсутствии таких доказательств эксперт использует данные отчета об оценке.
Во-вторых, проблема двойного учета задолженности. Зачастую до момента изъятия техники лизинговая компания уже успевает просудить задолженность по просроченным платежам и неустойкам, а после введения процедуры банкротства – включить их в реестр требований кредиторов. При последующем расчете сальдо возникает риск двойного удовлетворения. В рамках аудита расчетов эксперт обязан вычленить суммы, уже закрепленные судебными актами в реестре (пункт 14 Обзора от 27.10.2021). Эксперт производит корректировку, исключая из формулы встречных предоставлений те платежи, которые имеют статус установленных реестровых требований, чтобы обеспечить соблюдение эквивалентности и не допустить нарушения прав иных кредиторов должника.
Оспаривание перенайма и последующее расторжение договора лизинга (либо возврат сторон в первоначальное положение) неизбежно приводят к необходимости расчета завершающей обязанности сторон – сальдированию. Механизм сальдо, детально описанный в Постановлении Пленума ВАС РФ № 17, не является зачетом в классическом понимании гражданского права (статья 410 ГК РФ), а представляет собой арифметическую операцию по соотнесению взаимных предоставлений. Для судебного эксперта-экономиста этот процесс требует тщательного аудита первичной учетной документации.
В идеальной модели после расторжения договора лизингодатель реализует изъятый предмет на торгах, и полученная выручка направляется на погашение остатка вложенного финансирования и платы за него. Если выручка превышает долг, разница образует неосновательное обогащение лизинговой компании и возвращается в конкурсную массу должника. Если выручки недостаточно – лизингодатель включается с остатком требований в реестр требований кредиторов.
В ходе проведения финансово-экономической экспертизы специалист сталкивается с рядом существенных искажений учетных данных, которые стороны пытаются использовать в своих интересах.
Во-первых, это реализация изъятой спецтехники по существенно заниженной стоимости. Лизингодатель, не заинтересованный в долгом поиске покупателя на узкоспециализированное имущество (например, тяжелые экскаваторы, буровые установки, асфальтоукладчики), может продать его без проведения открытых торгов по цене, едва покрывающей остаток долга. В результате сальдо искусственно сводится к нулю, и конкурсная масса лишается пополнения.
В таких случаях назначается комплексная комиссионная экспертиза. Перед оценщиком ставится задача определить рыночную стоимость техники на дату ее изъятия, а перед экономистом – пересчитать сальдо с использованием этой рыночной стоимости, а не цены фактической реализации. Как следует из пункта 20 Обзора от 27.10.2021, если продажа произведена без открытых торгов и имеется существенное расхождение с рынком, бремя доказывания разумности цены ложится на лизингодателя. При отсутствии таких доказательств эксперт использует данные отчета об оценке.
Во-вторых, проблема двойного учета задолженности. Зачастую до момента изъятия техники лизинговая компания уже успевает просудить задолженность по просроченным платежам и неустойкам, а после введения процедуры банкротства – включить их в реестр требований кредиторов. При последующем расчете сальдо возникает риск двойного удовлетворения. В рамках аудита расчетов эксперт обязан вычленить суммы, уже закрепленные судебными актами в реестре (пункт 14 Обзора от 27.10.2021). Эксперт производит корректировку, исключая из формулы встречных предоставлений те платежи, которые имеют статус установленных реестровых требований, чтобы обеспечить соблюдение эквивалентности и не допустить нарушения прав иных кредиторов должника.
Раздел 3. Налоговые последствия при оспаривании и квалификации сделок перенайма
Анализ сделок по уступке прав требований по договорам лизинга неразрывно связан с оценкой налоговых рисков. В ситуации, когда проблемный лизингополучатель передает свою договорную позицию новому лицу по заниженной стоимости или безвозмездно, возникают существенные налоговые последствия для обеих сторон, которые становятся объектом пристального внимания как арбитражного управляющего, так и налоговых органов в процедуре банкротства.
С точки зрения Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), безвозмездная передача имущественных прав или их передача по цене, существенно отклоняющейся от рыночной в меньшую сторону (особенно между взаимозависимыми лицами), рассматривается как реализация. Для первоначального лизингополучателя в таком сценарии возникает риск доначисления налога на добавленную стоимость. В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 146 НК РФ передача имущественных прав признается объектом налогообложения. Налоговая база в данном случае должна определяться исходя из рыночной стоимости передаваемой договорной позиции, а не из формальной суммы, указанной в соглашении о перенайме.
Для нового лизингополучателя получение имущественного права без адекватного встречного предоставления образует экономическую выгоду. На основании пункта 8 статьи 250 НК РФ доходы в виде безвозмездно полученных имущественных прав подлежат включению во внереализационные доходы и облагаются налогом на прибыль организаций. Оценка таких доходов также осуществляется исходя из рыночных цен.
В случае последующего признания сделки перенайма недействительной в рамках дела о банкротстве по основаниям Закона о банкротстве и применения реституции, налоговые последствия подлежат корректировке. Однако на практике, если предмет лизинга уже выкуплен новым лизингополучателем у лизинговой компании и реституция в натуре невозможна, с приобретателя взыскивается действительная стоимость переданной договорной позиции. В таких обстоятельствах налоговый орган, как правило, являющийся одним из мажоритарных кредиторов в деле о банкротстве, рассматривает первоначальные действия сторон как схему по уклонению от уплаты налогов и неправомерному выводу активов, что дополнительно укрепляет доказательственную базу для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности.
Анализ сделок по уступке прав требований по договорам лизинга неразрывно связан с оценкой налоговых рисков. В ситуации, когда проблемный лизингополучатель передает свою договорную позицию новому лицу по заниженной стоимости или безвозмездно, возникают существенные налоговые последствия для обеих сторон, которые становятся объектом пристального внимания как арбитражного управляющего, так и налоговых органов в процедуре банкротства.
С точки зрения Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), безвозмездная передача имущественных прав или их передача по цене, существенно отклоняющейся от рыночной в меньшую сторону (особенно между взаимозависимыми лицами), рассматривается как реализация. Для первоначального лизингополучателя в таком сценарии возникает риск доначисления налога на добавленную стоимость. В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 146 НК РФ передача имущественных прав признается объектом налогообложения. Налоговая база в данном случае должна определяться исходя из рыночной стоимости передаваемой договорной позиции, а не из формальной суммы, указанной в соглашении о перенайме.
Для нового лизингополучателя получение имущественного права без адекватного встречного предоставления образует экономическую выгоду. На основании пункта 8 статьи 250 НК РФ доходы в виде безвозмездно полученных имущественных прав подлежат включению во внереализационные доходы и облагаются налогом на прибыль организаций. Оценка таких доходов также осуществляется исходя из рыночных цен.
В случае последующего признания сделки перенайма недействительной в рамках дела о банкротстве по основаниям Закона о банкротстве и применения реституции, налоговые последствия подлежат корректировке. Однако на практике, если предмет лизинга уже выкуплен новым лизингополучателем у лизинговой компании и реституция в натуре невозможна, с приобретателя взыскивается действительная стоимость переданной договорной позиции. В таких обстоятельствах налоговый орган, как правило, являющийся одним из мажоритарных кредиторов в деле о банкротстве, рассматривает первоначальные действия сторон как схему по уклонению от уплаты налогов и неправомерному выводу активов, что дополнительно укрепляет доказательственную базу для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности.
Раздел 4. Рекомендации по защите интересов при структурировании уступки прав
Опираясь на практику проведения судебно-экономических экспертиз и анализ рассмотренных судами обособленных споров, можно сформулировать ряд объективных рекомендаций для участников оборота, планирующих сделку по перенайму предмета лизинга. Данные меры направлены на формирование надлежащей доказательственной базы и минимизацию рисков последующего оспаривания сделки.
Во-первых, необходимо проведение независимой оценки рыночной стоимости передаваемой договорной позиции. Стоимость права рассчитывается как разница между рыночной стоимостью предмета лизинга на дату уступки и остатком задолженности по договору лизинга (включая невыплаченные лизинговые платежи и выкупную стоимость). Наличие отчета независимого оценщика до совершения сделки позволяет документально обосновать цену уступки, зафиксировать ее в учете и нивелировать претензии о неравноценном встречном исполнении.
Во-вторых, требуется тщательная фиксация технического состояния предмета лизинга. Поскольку рыночная стоимость спецтехники и коммерческого транспорта (в особенности карьерных самосвалов, экскаваторов, тягачей) напрямую зависит от условий их эксплуатации, в акт приема-передачи между старым и новым лизингополучателем необходимо включать исчерпывающее описание дефектов, уровня износа узлов и агрегатов, а также показаний наработанных моточасов. В экспертной практике важным является наличие фото- и видеоматериалов, а также актов дефектовки от профильных сервисных центров. Это позволяет при ретроспективной судебной оценке доказать, что цена уступки была объективно снижена из-за физического состояния техники, а не вследствие сговора сторон.
В-третьих, оплата по договору уступки должна иметь реальный и прослеживаемый характер. Взаимозачеты, новации, выдача векселей или предоставление длительных отсрочек платежа при совершении сделок с лицом, обладающим признаками неплатежеспособности, расцениваются судами как признаки мнимости. Денежные средства за уступаемое право должны быть фактически перечислены на расчетный счет первоначального лизингополучателя, что обеспечит пополнение его оборотных средств или конкурсной массы.
В-четвертых, при структурировании сделки следует по возможности избегать передачи активов внутригрупповым (аффилированным) компаниям. В случае, если перенаем на связанное лицо является единственным способом избежать расторжения договора лизинга и изъятия техники лизингодателем, к экономическому обоснованию сделки предъявляются повышенные стандарты. Вся переписка, расчеты сальдо, акты сверки с лизинговой компанией и первичные учетные документы должны безукоризненно отражать реальную деловую цель транзакции – минимизацию убытков первоначального лизингополучателя в условиях невозможности самостоятельного обслуживания долга.
Заключение
Анализ сделок уступки прав требований по договорам лизинга у проблемного контрагента требует комплексного экономико-правового подхода. Проведение судебной экспертизы в подобных спорах выходит далеко за рамки формальной проверки бухгалтерских проводок. От эксперта требуется восстановление реальной экономической картины взаимодействия сторон, расчет действительной стоимости выбывшего актива с учетом всех обременений и проверка соблюдения баланса интересов кредиторов должника. Понимание специфики формирования сальдо встречных обязательств и механизмов оценки лизинговых позиций является обязательным условием для объективного разрешения банкротных споров.
Опираясь на практику проведения судебно-экономических экспертиз и анализ рассмотренных судами обособленных споров, можно сформулировать ряд объективных рекомендаций для участников оборота, планирующих сделку по перенайму предмета лизинга. Данные меры направлены на формирование надлежащей доказательственной базы и минимизацию рисков последующего оспаривания сделки.
Во-первых, необходимо проведение независимой оценки рыночной стоимости передаваемой договорной позиции. Стоимость права рассчитывается как разница между рыночной стоимостью предмета лизинга на дату уступки и остатком задолженности по договору лизинга (включая невыплаченные лизинговые платежи и выкупную стоимость). Наличие отчета независимого оценщика до совершения сделки позволяет документально обосновать цену уступки, зафиксировать ее в учете и нивелировать претензии о неравноценном встречном исполнении.
Во-вторых, требуется тщательная фиксация технического состояния предмета лизинга. Поскольку рыночная стоимость спецтехники и коммерческого транспорта (в особенности карьерных самосвалов, экскаваторов, тягачей) напрямую зависит от условий их эксплуатации, в акт приема-передачи между старым и новым лизингополучателем необходимо включать исчерпывающее описание дефектов, уровня износа узлов и агрегатов, а также показаний наработанных моточасов. В экспертной практике важным является наличие фото- и видеоматериалов, а также актов дефектовки от профильных сервисных центров. Это позволяет при ретроспективной судебной оценке доказать, что цена уступки была объективно снижена из-за физического состояния техники, а не вследствие сговора сторон.
В-третьих, оплата по договору уступки должна иметь реальный и прослеживаемый характер. Взаимозачеты, новации, выдача векселей или предоставление длительных отсрочек платежа при совершении сделок с лицом, обладающим признаками неплатежеспособности, расцениваются судами как признаки мнимости. Денежные средства за уступаемое право должны быть фактически перечислены на расчетный счет первоначального лизингополучателя, что обеспечит пополнение его оборотных средств или конкурсной массы.
В-четвертых, при структурировании сделки следует по возможности избегать передачи активов внутригрупповым (аффилированным) компаниям. В случае, если перенаем на связанное лицо является единственным способом избежать расторжения договора лизинга и изъятия техники лизингодателем, к экономическому обоснованию сделки предъявляются повышенные стандарты. Вся переписка, расчеты сальдо, акты сверки с лизинговой компанией и первичные учетные документы должны безукоризненно отражать реальную деловую цель транзакции – минимизацию убытков первоначального лизингополучателя в условиях невозможности самостоятельного обслуживания долга.
Заключение
Анализ сделок уступки прав требований по договорам лизинга у проблемного контрагента требует комплексного экономико-правового подхода. Проведение судебной экспертизы в подобных спорах выходит далеко за рамки формальной проверки бухгалтерских проводок. От эксперта требуется восстановление реальной экономической картины взаимодействия сторон, расчет действительной стоимости выбывшего актива с учетом всех обременений и проверка соблюдения баланса интересов кредиторов должника. Понимание специфики формирования сальдо встречных обязательств и механизмов оценки лизинговых позиций является обязательным условием для объективного разрешения банкротных споров.
